Вы задумывались когда-нибудь, как устроены такие крупные международные FinTech-компании, как Tether или Binance? Обычно в информационном поле фигурируют лишь их бренды, но с юридической точки зрения они представляют собой финансово-технологические холдинги, объединяя значительное количество отдельных юридических лиц, каждое из которых отвечает за определенную сферу деятельности. При этом большой популярностью в подобных компаниях пользуются юрисдикции, чьи названия могут звучать достаточно экзотично. Подробнее о причинах такого выбора и самих юрисдикциях — в материале CP Media.
Холдинговая юрисдикция и лицензированная операционная компания: в чем разница?
Важно различать холдинговые структуры и операционные компании — первые представляют собой материнские компании, которые управляют капиталом, интеллектуальной собственностью и определяют корпоративную политику в целом, тогда как вторые представляют собой региональные или специализированные подразделения и обеспечивают непосредственно операционную деятельность, например, обработку платежей или хранение пользовательских активов.
Обычно схема выглядит так:
- материнская компания осуществляет стратегическое управление и централизует корпоративный контроль;
- дочерняя компания получает необходимую лицензию или разрешение местного регулятора;
- лицензированная дочерняя компания непосредственно оказывает услуги клиентам и заключает с ними договоры;
- при выходе на новые рынки холдинг создает новое лицензированное юридическое лицо, не прибегая к перестройке всей корпоративной структуры.
Смысл подобной модели хорошо виден на примере групп, которые попадают под несколько регуляторных режимов, предоставляя расчетную инфраструктуру, услуги в сфере цифровых активов, брокеридж, платежные и прочие финансовые услуги в разных юрисдикциях.
К примеру, у Deriv, одного из крупнейших онлайн-брокеров в мире, холдинговая компания зарегистрирована в коронном владении Гернси, а регулируемые лица работают в полутора десятках юрисдикций по всему миру. Другой пример — материнская структура криптовалютной биржи eToro, которая зарегистрирована на Британских Виргинских островах, тогда как сам бренд обслуживает разные рынки через сложную структуру локальных компаний, каждая из которых лицензирована соответствующим образом.
Офшорные и квазиофшорные юрисдикции: что это?
По различным оценкам, в 2026 году в мире насчитывается порядка 40 классических офшорных юрисдикций и еще около 20 квазиофшорных юрисдикций, предлагающих отдельные элементы льготного налогового и корпоративного регулирования. Точное количество зависит от используемой методологии и критериев классификации. К примеру, Европейская комиссия фиксирует 40 офшорных юрисдикций, а специальная исследовательская группа CORPNET Амстердамского университета сообщила о 5 транзитных и 24 конечных офшорных юрисдикциях.
Офшорные юрисдикции — это государства или территории, предлагающие благоприятный налоговый режим, высокий уровень корпоративной конфиденциальности и упрощенные требования к регистрации и ведению бизнеса для компаний, осуществляющих деятельность преимущественно за пределами данной юрисдикции.
Квазиофшорные юрисдикции не относятся к классическим офшорам, но предлагают отдельные элементы льготного регулирования — например, специальные налоговые режимы, упрощенные требования к корпоративному управлению или благоприятные условия для международного бизнеса при соблюдении международных стандартов прозрачности.
Офшорные и квазиофшорные юрисдикции позволяют создать отдельное юридическое лицо для осуществления международной операционной деятельности, обслуживающее клиентов вне отдельных национальных правовых режимов, одновременно сохраняя общую управляемость и обеспечивая возможность разграничения рисков по направлениям. Именно поэтому подобные юрисдикции пользуются особой популярностью в качестве места регистрации материнских и операционных структур международных финансовых холдингов и глобальных FinTech-компаний.
Специализированные офшорные лицензии для рынка виртуальных активов
Специализированные офшорные лицензии для рынка виртуальных активов занимают отдельное место в структуре международных FinTech-групп. В этой категории особенно заметны Бермуды, Багамы и Каймановы Острова — каждая из этих юрисдикций выстроила собственный режим для обмена, хранения, передачи и иных операций с цифровыми активами. Для глобальных компаний такие лицензии важны не только как формальное разрешение на деятельность, но и как способ создать отдельный регулируемый контур под криптовалютный бизнес, отделив его от платежных, брокерских и холдинговых структур.
Бермудские острова
Бермудский режим регулирования цифровых активов является одним из самых популярных среди офшорных юрисдикций. Валютно-финансовое управление Бермудских островов (BMA) выдает полноценную лицензию, которая охватывает широкий перечень криптовалютных услуг, включая обработку платежей, хранение, обменные и торговые операции.
Стоит отметить, что регуляторный режим популярен среди крупнейших участников рынка цифровых активов — местные лицензии имеют подразделения Circle, Coinbase, Kraken, Gemini и многих другие. Всего в юрисдикции зарегистрировано и лицензировано 574 финансовых организации, в том числе и 50 компаний, предоставляющих криптовалютные услуги.
Багамские острова
Регуляторный режим Багамских островов также предполагает широкий перечень разрешенных операций, включая хранение цифровых активов, их обмен на фиат и между собой, финансовые переводы, платежные сервисы и даже стекинг.
Багамы особенно удобны для компаний, которым нужна самостоятельная международная криптовалютная структура с прозрачным регуляторным режимом и отдельной операционной юрисдикцией. Комиссия по ценным бумагам Багамских Островов (SCB) выдвигает достаточно строгие требования к лицензированию подобной деятельности, а в местной юрисдикции зарегистрированы подразделения OKX, Uphold, Bitfinex, Zodia Markets и прочих.
Каймановы острова
Каймановы Острова часто используют для регистрации фондов, холдингов и криптовалютных структур. Денежно-кредитное управление Каймановых Островов (CIMA) отдельно регулирует поставщиков криптовалютных услуг (VASP). Среди известных международных компаний, которые используют местный регуляторный режим — подразделение Crypto.com.
Офшорные лицензии для брокерской деятельности и операций на финансовых рынках
Офшорные лицензии для брокерской деятельности и операций на финансовых рынках — еще один инструмент, который часто встречается в структурах международных финансовых групп. Такие режимы обычно выбирают компании, работающие с валютными парами, контрактами на разницу цен (CFD), деривативами, ценными бумагами и другими рыночными инструментами.
Для глобального бизнеса подобные условия удобны тем, что позволяют выделить отдельную операционную компанию под брокерское направление и организовать ее работу в рамках понятного регуляторного фреймворка, не смешивая торговую деятельность с холдинговой функцией или платежной инфраструктурой.
Британские Виргинские острова
Британские Виргинские Острова часто воспринимаются как классическая холдинговая юрисдикция, но у них есть и полноценный инвестиционный режим, который охватывает инвестиционный бизнес, управление, консультирование и сделки с финансовыми инструментами. Лицензия на осуществление инвестиционной деятельности выдается Комиссией по финансовым услугам Британских Виргинских Островов (FSC) в соответствии с Законом об инвестиционной деятельности и ценных бумагах (SIBA).
В местной юрисдикции зарегистрированы международные структуры eToro, Tiger Brokers, Metalpha и прочих компаний. Показательно, что изначально в 2014 году основное юрлицо Tether тоже было зарегистрировано именно тут, вплоть до переезда компании в Сальвадор в январе 2025 года.
Сейшельские острова
Сейшелы остаются одной из самых узнаваемых юрисдикций для международных брокерских компаний. Лицензии, которые выдает Управление финансовых услуг Сейшельских Островов (FSA), охватывают широкий спектр операций, в том числе и позволяют работать с ценными бумагами как агент или как принципал.
Местный регуляторный режим подходит для торговых платформ и FX-брокеров, работающих с широким перечнем активов, поэтому Bybit, Alchemy Markets, Capital.com и ряд других финансовых корпораций используют его в своих международных структурах.
Существует целый ряд юрисдикций, похожих на Сейшелы и Британские Виргинские острова, которые также предоставляют возможность инкорпорации и лицензирования различных аспектов международной финансовой деятельности — в их числе Маврикий, Вануату, Белиз и прочие. Все они пользуются популярностью среди международных финансовых структур в качестве холдинговых и операционных юрисдикций.
Прочие типы лицензий, популярные у глобальных FinTech-компаний
Прочие типы лицензий, популярные у глобальных FinTech-компаний, связаны по большей части с платежными сервисами, электронными кошельками, расчетной инфраструктурой и трансграничными переводами. Именно такие разрешения часто выступают в качестве юридической основы для международных продуктов, позволяя компаниям обслуживать клиентов, проводить расчеты и контролировать движение средств в трансграничном формате.
Сингапур
Сингапур считается одной из самых продвинутых юрисдикций мира в контексте регулирования FinTech-продуктов. Денежно-кредитное управление Сингапура (MAS) выдает широкий спектр финансовых лицензий, которые за счет строгости регуляторных требований используются в том числе и для международной деятельности. В стране зарегистрированы подразделения многих глобальных FinTech-компаний, включая Wise, Stripe, Revolut, Coinbase, Circle, Adyen и многие другие.
«MAS делает акцент не на формальном соблюдении процедур, а на качестве корпоративного управления, эффективности управления рисками и наличии подтверждаемых результатов», — об этом в интервью CoinsPaid Media рассказывала Клаудия Хуэй, руководитель комплаенс-отдела Revolut в Сингапуре.
Гонконг
Гонконг, как и Сингапур, предлагает широкий перечень лицензируемых направлений финансовой деятельности и обеспечивает высокий уровень регулирования, за счет чего лицензии Управления денежного обращения Гонконга (HKMA) высоко котируются по всему миру. В юрисдикции зарегистрированы подразделения Alipay, WeChat, PayPal, Wise и многих других международных компаний.
Сингапур и Гонконг удерживаются в числе лидеров по уровню развития финансовых и Web3-технологий в последние годы именно благодаря успехам в регулировании. При этом с юридической точки зрения лицензии MAS и HKMA не позволяют компаниям работать в других странах, но значительно упрощают взаимодействие с местными регуляторами, а также положительно влияют на международную репутацию брендов.
Регуляторные контуры глобальных FinTech-компаний
Важно различать инкорпорацию и лицензирование — первое предполагает создание отдельных юридических лиц в структуре международной группы, а второе — получение такими компаниями разрешений на ведение определенной деятельности.
Непосредственно инкорпорация позволяет:
- Создать юридическую оболочку, которая позволяет заключать договоры, открывать счета, нанимать сотрудников, владеть активами и вести операционную деятельность.
- Разделить риски в рамках группы компаний, поскольку не каждое юрлицо в группе обязано быть лицензируемым, при этом каждая компания может отвечать за отдельные направления деятельности, будь то маркетинг или работа с интеллектуальными правами.
- Использовать отдельные юридические лица для нерегулируемых функций. Например, для разработки софта, управления брендом, закупок или внутреннего сервиса. Лицензия нужна только там, где есть регулируемая деятельность.
Кроме того, местные подразделения позволяют международным компаниям быстрее выходить на локальные рынки. При этом лицензия, как правило, оформляется позже, когда уже команда, банковская инфраструктура и операционные процессы уже сформированы. Таким образом, инкорпорация позволяет еще и подготовиться к лицензированию, поскольку регуляторы обычно требуют, чтобы заявитель уже был учрежден в конкретной юрисдикции, имел локальный адрес, местных руководителей, выстроенные комплаенс-процессы и понятную структуру управления.
Таким образом, сложная и запутанная корпоративная структура глобальных FinTech-компаний — это отчасти вынужденная мера в силу фрагментарности режимов регулирования. Кроме того, практически во всех упомянутых выше юрисдикциях действуют регуляторные песочницы, что позволяет международным компаниям локально тестировать различные продукты и решения в регулируемой среде.
В результате, использование офшорных и квазиофшорных лицензий — это не универсальный пропуск на глобальный рынок, а часть глобальной корпоративной стратегии. К примеру, головные структуры неоднократно упомянутых Circle и Coinbase находятся в США, но при этом их дочерние предприятия зарегистрированы в большинстве из юрисдикций, перечисленных в статье, поскольку это значительно расширяет глобальные операционные возможности бизнеса.
