Японский рынок цифровых активов продолжает расти и постепенно становится частью традиционной финансовой системы страны. Согласно официальным данным японского Агентства финансовых услуг (FSA), в 2025 году около 7,3% японских частных инвесторов с инвестиционным опытом владеют криптовалютными активами. При этом к середине 2026 года 31 японский оператор криптоактивов открыли более 14,4 млн счетов.
На этом фоне власти Японии продолжают реформировать регулирование криптовалютного рынка, развивают отдельный режим для стейблкоинов и токенизации финансовых активов и одновременно тестируют инфраструктуру для запуска цифровой иены (CBDC).
Основные законы и правила, регулирующие криптоактивы в Японии
В Японии криптоактивы являются объектом специального правового регулирования. Законодательство регулирует не только деятельность компаний, предоставляющих услуги по покупке, продаже, обмену и хранению криптоактивов, но и отдельные вопросы их выпуска, обращения, использования в качестве инвестиционных инструментов. Основными нормативными актами в этой области выступают три законодательных акта, дополняемые правилами саморегулирования, которые в совокупности устанавливают требования к операторам криптоактивов, отдельным категориям эмитентов и участников рынка, а также меры по защите владельцев и пользователей криптоактивов.
Закон о платежных услугах (PSA)
Payment Services Act (PSA) — основной законодательный акт, на основании которого в Японии был создан специальный режим регулирования криптоактивов. Соответствующие поправки были приняты в 2016 году и вступили в силу 1 апреля 2017 года. Реформа 2020 года заменила в законодательстве термин «виртуальная валюта» на «криптоактив» и усилила требования к регулируемым операторам.
Среди прочего PSA предусматривает:
- правовые критерии, позволяющие отличать криптоактивы от иных регулируемых финансовых продуктов и платежных инструментов;
- обязательную регистрацию в реестре Агентства финансовых услуг (FSA) в качестве оператора услуг по обмену криптоактивов (CAESP);
- регулирование покупки, продажи и обмена криптоактивов, а также посредничества в соответствующих операциях;
- регулирование кастодиальной деятельности;
- защиту активов клиентов, включая требования по отделению клиентских денежных средств и криптоактивов от собственных активов оператора;
- требования к управлению операционными рисками, включая обеспечение безопасности систем, используемых для работы с клиентскими криптоактивами;
- обязанности по защите и информированию пользователей, в том числе раскрытие рисков, связанных с криптоактивами;
С 1 июня 2026 года японские власти также ввели отдельную регистрационную категорию для посредничества в покупке, продаже и обмене криптоактивов по поручению зарегистрированного оператора.
Закон о финансовых инструментах и биржах (FIEA)
Financial Instruments and Exchange Act (FIEA) — закон о финансовых инструментах и рынках капитала, применение которого к крипторынку было расширено в 2020 году. В отличие от PSA, ориентированного на обращение и хранение криптоактивов, FIEA применяется прежде всего к инвестиционным продуктам и рыночной деятельности, связанной с криптоактивами.
В рамках реформы крипторегулирования 2026 года правительство Японии приняло поправки, предусматривающие перенос основного режима регулирования криптоактивов из PSA в FIEA. После вступления нового режима в силу, криптоактивы будут регулироваться в рамках FIEA как отдельная категория финансовых инструментов, отличная от ценных бумаг. Реформа также предусматривает специальные требования к раскрытию информации эмитентами криптоактивов и операторами, усиление регулирования криптокомпаний и введение режима противодействия инсайдерской торговле.
В частности FIEA предусматривает:
- регулирование деривативов на криптоактивы, включая операции, стоимость которых определяется ценой соответствующего цифрового актива;
- регулирование определенных токенов, представляющих инвестиционные права, в частности токенов, предоставляющих инвестору право на получение прибыли или распределение доходов;
- регистрационные и иные требования к компаниям, осуществляющим регулируемую деятельность с такими финансовыми инструментами;
- запрет манипулирования рынком, включая определенные действия, направленные на искусственное воздействие на цены криптоактивов.
Закон о противодействии отмыванию денег и финансированию терроризма (APTCP)
Act on Prevention of Transfer of Criminal Proceeds (APTCP) — законодательный акт в области AML/CFT, который обязует CAESP применять контроль клиентов и операций, по аналогии с другими регулируемыми финансовыми организациями в стране. В 2022 году закон был дополнительно изменен для имплементации Travel Rule, вступившего в силу 1 июня 2023 года. А в 2026 году FSA и Национальное полицейское агентство (NPA) потребовали усилить защиту пользователей криптоплатформ и ввести комплекс дополнительных мер, направленных на борьбу с мошенничеством.
В рамках APTCP VASP обязуются:
- идентифицировать и проверять клиентов (KYC);
- вести и хранить записи о клиентах и совершенных ими операциях;
- выявлять и сообщать о подозрительных операциях в рамках требований AML/CFT;
- передавать информации об отправителе и получателе принимающему провайдеру при переводе криптоактивов;
- хранить информацию, переданную и полученную в рамках Travel Rule.
Правила Ассоциации криптовалютных и цифровых активов Японии (JVCEA)
Japan Virtual and Crypto Assets Exchange Association (JVCEA) является признанной FSA саморегулируемой организацией японской криптоиндустрии. Ее правила не заменяют требования PSA, FIEA и AML-законодательства, а дополняют их более детальными отраслевыми стандартами, обязательными для соответствующих участников ассоциации.
Правила JVCEA предусматривают, в частности:
- процедуры и стандарты листинга криптоактивов на японских торговых площадках;
- требования к раскрытию информации о криптоактивах и связанных с ними рисках;
- правила поведения операторов при взаимодействии с клиентами;
- стандарты управления рисками и обеспечения безопасности;
- дополнительные меры защиты пользователей;
- мониторинг операций и соблюдения участниками установленных требований.
Налогообложение криптоактивов
По состоянию на сентябрь 2026 года доходы физических лиц от операций с криптоактивами в Японии продолжают облагаться преимущественно в рамках комплексного налогообложения. Прибыль от торговли криптоактивами суммируется с другими доходами налогоплательщика. С учетом прогрессивной ставки национального подоходного налога до 45% и местного налога в размере 10% совокупная предельная ставка может достигать 55%.
В рамках налоговой реформы 2026 года Япония предусмотрела переход к отдельному режиму налогообложения определенных операций с криптоактивами, призванный приблизить налогообложение регулируемых криптоинвестиций к режиму традиционных финансовых инструментов.
Новый режим предусматривает:
- отдельную ставку 20% — 15% национального подоходного налога и 5% местного налога;
- применение специального режима к операциям с регулируемыми криптоактивами, отвечающими установленным законодательством критериям;
- возможность переноса убытков на три года;
- включение определенных деривативных операций в специальный налоговый режим;
- возможность распространения соответствующего режима на определенные инвестиционные продукты, связанные с криптоактивами;
- дополнительные обязанности VASP по предоставлению налоговым органам информации об операциях с криптоактивами.
Регуляторный режим для стейблкоинов в Японии
Японское законодательство устанавливает для стейблкоинов отдельный режим регулирования и разграничивает их с другими криптоактивами. Основной регулируемой категорией являются электронные платежные инструменты (EPI), к которой относятся, в частности, определенные стейблкоины, номинированные в фиатной валюте и предусматривающие погашение по номиналу. Специальный режим был введен поправками к PSA и действует с 1 июня 2023 года.
Японское законодательство проводит следующее разграничение:
- BTC, ETH и аналогичные активы относятся к категории криптоактивов;
- стейблкоины, номинированные в фиатной валюте и погашаемые по номиналу, квалифицируются как EPI и регулируются в рамках платежного законодательства;
- алгоритмические стейблкоины, а также иные токены, не предусматривающие обязательного погашения по номинальной стоимости, квалифицируются как криптоактивы и регулируются соответствующим образом.
Японское законодательство разделяет эмиссию стейблкоинов и оказание услуг, связанных с их распространением, обменом и хранением. Выпуск регулируемых фиатных стейблкоинов доступен не любой компании, а привязан к уже регулируемым финансовым институтам.
В зависимости от юридической конструкции эмитентами могут выступать:
- банки;
- операторы денежных переводов;
- трастовые компании и трастовые банки.
С 1 июня 2026 года были изменены требования к резервным активам определенной категории трастовых стейблкоинов. Ранее активы, выпускаемыми с использованием трастовой структуры, должны были размещаться преимущественно в наиболее ликвидной форме, прежде всего в депозитах до востребования. Такой подход обеспечивал высокую ликвидность резервов, но одновременно ограничивал возможности управления обеспечивающими активами.
Еще одно изменение, действующее с 1 июня 2026 года, касается компаний, которые посредничают в операциях со стейблкоинами, но сами не принимают клиентские активы на хранение. Для них была введена категория Electronic Payment Instruments/Cryptoassets Service Intermediary Business. Такой режим позволяет компании, действующей в качестве посредника по поручению полноценного зарегистрированного оператора, осуществлять посредничество при покупке, продаже или обмене стейблкоинов на основании отдельной регистрации.
С 1 июня 2026 года также были расширены возможности признания отдельных иностранных трастовых инструментов в качестве EPI. При определении возможности обращения такого инструмента в Японии учитывается, в частности, сопоставимость зарубежного регулирования с японскими требованиями. При этом признание иностранного инструмента соответствующим установленным критериям не означает его автоматического допуска к свободному распространению в Японии. Предоставление регулируемых услуг с таким стейблкоином по-прежнему должно осуществляться через надлежащим образом зарегистрированную инфраструктуру.
Операции со стейблкоинами также входят в японскую систему противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма. На Electronic Payment Instrument Exchange Service Providers распространяются соответствующие требования AML/CFT, включая идентификацию клиентов, хранение предусмотренной законом информации и сообщение о подозрительных операциях.
При переводах стейблкоинов применяется также Travel Rule. Регулируемые провайдеры в предусмотренных законодательством случаях должны передавать информацию об отправителе и получателе стейблкоинов другому провайдеру, участвующему в переводе. С 3 августа 2026 года был расширен перечень иностранных юрисдикций с сопоставимыми требованиями Travel Rule, в отношении которых применяются соответствующие правила при трансграничных переводах.
Токенизация финансовых инструментов в Японии
Японское законодательство не устанавливает единого правового режима для всех токенизированных активов. Сам факт представления актива или права в форме блокчейн-токена не меняет его юридическую природу. Применимое регулирование определяется прежде всего тем, какой актив был токенизирован: акция, облигация, права по инвестиционному фонду, иное инвестиционное право, платежное требование или другой актив.
Токенизация рассматривается в Японии преимущественно как технологический способ выпуска, учета и передачи существующих имущественных и финансовых прав, а не как основание для возникновения новой универсальной категории.
Наиболее развитый правовой режим существует для токенизации финансовых инструментов. Если акции, облигации, права по инвестиционным фондам или другие ценные бумаги выпущены в блокчейн-сети, к ним продолжают применяться требования FIEA.
Реформа 2020 года адаптировала законодательство о ценных бумагах к использованию технологий распределенного реестра (DLT) и, в частности, ввела категорию Electronically Recorded Transferable Rights (ERTR) для определенных инвестиционных прав, представленных в электронной форме и способных передаваться посредством электронной системы обработки данных.
В результате токенизация в Японии может принимать разные юридические формы:
- токенизированная акция остается акцией, и к ней применяется режим соответствующей ценной бумаги;
- токенизированная облигация остается облигацией и регулируется как долговая ценная бумага;
- токенизированное право по инвестиционному фонду или трасту регулируется исходя из юридической природы соответствующего инвестиционного права;
- определенные инвестиционные права, приобретающие благодаря электронной форме повышенную обращаемость, могут квалифицироваться как ERTR и подпадать под более строгий режим FIEA.
Использование блокчейн-технологий не освобождает эмитента или посредника от требований, которые применялись бы к соответствующему финансовому инструменту в традиционной форме.
В зависимости от вида токенизированного актива и способа его размещения могут применяться:
- требования к публичному предложению и частному размещению;
- правила раскрытия информации инвесторам;
- обязанность подачи регистрационного заявления о выпуске ценных бумаг;
- требования к профессиональным участникам, осуществляющим продажу или посредничество;
- правила вторичного обращения финансовых инструментов;
- требования к защите и раздельному учету клиентских активов.
Законодательство Японии также предполагает, что токенизация создает дополнительный технологический уровень регулирования. Помимо требований, связанных с самим активами, финансовые организации должны учитывать риски инфраструктуры, посредством которой фиксируются и передаются соответствующие права.
Особое значение имеют:
- управление приватными ключами и другими средствами контроля над токенизированным активом;
- защита инфраструктуры от кибератак и несанкционированного доступа;
- раздельное хранение и учет клиентских и собственных активов;
- обеспечение возможности восстановления доступа и возврата клиентского актива;
- внутренний контроль за операциями с токенизированными правами;
- информирование инвесторов о механизме возникновения, владения и передачи соответствующих прав.
В феврале 2026 года FSA включила в Payment Innovation Project (PIP) эксперимент, посвященный использованию блокчейн-технологий при операциях с финансовыми инструментами. Проект охватывает возможность передачи посредством DLT-систем прав на японские государственные облигации, корпоративные облигации, инвестиционные фонды и акции. Одно из ключевых направлений эксперимента — возможность связать передачу токенизированного финансового инструмента с его оплатой посредством цифровых платежных инструментов, включая стейблкоины.
CBDC: цифровая иена
Япония разрабатывает возможную модель цифровой валюты центрального банка (CBDC), однако по состоянию на сентябрь 2026 года решение о выпуске цифровой иены не принято и официальной даты ее запуска нет. Проводимые Банком Японии (BOJ) эксперименты имеют исследовательский характер и не означают, что CBDC обязательно будет введена.
Формальная работа BOJ над CBDC началась в 2020 году. В 2021–2023 годах центральный банк провел две стадии Proof of Concept, в ходе которых тестировались базовые функции системы — выпуск, распределение и погашение CBDC, а затем ее дополнительные технические характеристики.
С апреля 2023 года проект находится на стадии пилотных испытаний. BOJ создает экспериментальную CBDC-систему и проверяет ее производительность, устойчивость, безопасность и способность обрабатывать операции в условиях, максимально приближенных к реальным. Параллельно правительство также разрабатывает институциональную и правовую модель CBDC. С 2024 года действует межведомственный Комитет по взаимодействию и координации в области цифровой валюты центрального банка, который рассматривает распределение функций между BOJ и частными посредниками, взаимодействие CBDC с банковскими депозитами и другими платежными инструментами, вопросы конфиденциальности, AML/CFT и финансовой стабильности.
В случае принятия решения о выпуске предполагается также поэтапное развитие CBDC. Вместо запуска системы сразу со всем возможным набором функций цифровая иена может первоначально использоваться как базовый платежный инструмент, к которому впоследствии будут добавляться дополнительные сервисы.
Отдельное направление работы BOJ связано с оптовой CBDC. В 2026 году BOJ начал исследовать возможность токенизации средств, находящихся на счетах финансовых институтов в центральном банке, с использованием технологии распределенного реестра (DLT).
В 2026 году Япония продолжает перестраивать регулирование цифровых активов, постепенно сближая крипторынок с традиционным финансовым сектором. Принятые законодательные поправки создают основу для нового налогового режима, тогда как стейблкоины сохраняют отдельный статус платежных инструментов. Параллельно развивается токенизация традиционных финансовых активов и инфраструктура DLT-расчетов, а центральный банк Японии продолжает исследования розничную и оптовую версии CBDC. В результате в стране формируется не единый режим для всех цифровых активов, а несколько взаимосвязанных правовых моделей, зависящих от экономической функции и юридической природы конкретного инструмента.
